Театр vs. коррупция

Недавно театральный режиссёр Максим Голенко сказал в своём интервью для нашего журнала, что единственное табу, которое для него существует, – это коррупция в театре: «Для меня это то, что должно быть под запретом. А на сцене может происходить что угодно». Современный театр – зеркало нашей жизни, имхо. И если коррупция мешает ему развиваться и двигаться вперёд, то, несомненно, она, как липкая паутина, опутывает и другие стороны нашей жизни. 5 октября в творческом пространстве Art Area ДК состоялся вечер перформансов, который проходил в Харькове в рамках Международного дня борьбы с коррупцией. Театр и коррупция – два таких, казалось бы, несовместимых понятия встретились на сцене, чтобы посмотреть друг другу в глаза. Это был вечер «без табу». Это было откровенно, иногда даже безжалостно, о нас с вами. Да, прежде всего, о нас.

Коррупция – это механизм, система, а значит, нечто бездушное и неживое. Для того, чтобы она успешно функционировала, её задача – вытравить из себя все проявления человечности, превратить личность в надёжно закрученный винтик, деталь, запчасть. Этим и страшна коррупция: подменой понятий, смещением в сознании определений, что есть добро и зло, правда и ложь, жестокость и милосердие. Пренебрежение к человеку, его прав, достоинств и свободы воли – именно в этом мне увиделся «месседж» создателей спектаклей «Внутрішнє переконання» и «Ресторан Украина». Эти два перформанса были очень разные по драматургии, сценографии, наполнению, но их объединял один мощный фактор – протест свободной, думающей и остро чувствующей личности против того, что не даёт жить, метафорично выражаясь, дышать и развиваться.

«Внутрішнє переконання», режиссура и драматургия Павла Юрова и Оксаны Данчук. Спектакль основан на историях расследований реальных резонансных дел, которые прогремели на всю Украину. Очень реалистично, иногда даже слишком. Казалось, что смотришь кадры документальной хроники. В какой-то момент у меня всплыла чёткая ассоциация с тем, что я читала и видела о репрессиях и ужасах 37-го года прошлого века. Вскоре это сравнение прозвучало и со сцены в словах одного из героев спектакля. Да, аналогия ясна и понятна, но она же, как это ни странно, даёт веру и надежду. По-моему, у Солженицына я читала такую мысль, что машина террора захлебнулась бы и дала сбой, если бы в те годы каждый, кто попадал в неё, осмеливался дать отпор. Солидарность, неравнодушие, осознание себя как личности – вот что мы можем противопоставить коррупционным схемам. Работа по призванию, образование ради профессии, к которой чувствуешь это призвание, а не ради «корочки», чистая совесть и человеческое достоинство – когда для нас, украинцев, это будут не абстрактные понятия, а норма жизни, именно тогда у коррупции не будет шансов. И перформанс «Внутрішнє переконання» именно об этом.

«Ресторан Украина» – это, напротив, гротеск и абсурд, яркое, откровенное и зрелищное действо. Размышления о том, что же такое коррупция, сквозь призму личных историй. Это приглашение подумать о том, что каждый из нас понимает и какой смысл вкладывает в это явление. О коррупции, как показал этот спектакль, можно не только говорить, но и танцевать, и читать рэп. Режиссёр Дмитрий Левицкий вместе с актрисами Ниной Хижной и Оксаной Черкашиной очень нестандартно, небанально, ярко и остро пригласили нас, зрителей, провести своё внутреннее расследование. О том, что такое «душевная коррупция», когда «двадцатка», сунутая в карман врача, в наших реалиях становится, скорее, актом милосердия, и о том, что такое коррупция в высших эшелонах власти, последствия которой бывают ужасающими. Как, например, пожар в детском лагере «Виктория», в котором погибли дети. О том, что это мы живём в такой реальности и создаём её сами.

Перформанс «Ресторан Украина», имхо, – это такая провокация, цель которой – выбить зрителя из привычной зоны комфорта, заставить думать, вызвать поток сознания, который должен привести к осознанности. В этом мне видится задача современного театра и именно об этом я пригласила поговорить участников спектакля: Нину Хижну – актрису, перформера и преподавателя в Школе актёрского мастерства «Тесто», участницу различных независимых театральных проектов, и Оксану Черкашину – актрису театра «Прекрасные цветы», преподавателя и режиссёра Школы «Тесто».

Нина, Оксана, спектакль вышел, действительно, очень необычным. Хотелось бы узнать, как он создавался. Что легло в основу его идеи?

Нина Хижна: Спектакль «Ресторан Украина» создавался в течение трёх недель – две в Киеве и одна в Харькове. Сперва это был процесс набросков материала: мы много разговаривали, накапливали все наши истории, выговаривали все ассоциации, воспоминания и рефлексии на тему коррупции. И пытались найти свой честный способ поговорить об этом явлении. И на первом этапе работы мы поняли, что нам невероятно сложно говорить на эту тему просто как людям. Поэтому мы выбрали форму говорить об этом как творцы, как художники, как артисты.

Оксана Черкашина: У нас не было одной руководящей фигуры. Мы втроём с Дмитрием Левицким были соавторами, сорежиссёрами. Мы понимали, что делая современный, критический, политический театр, мы вынуждены ставить себя в некую протестную позицию. И в тот же момент мы понимали, что если, говоря о коррупции, мы будем занимать именно такую позицию, то для людей, которые мыслят, пытаются развиваться и развивать эту страну, мы заранее создадим себе положительный имидж – вот такие хорошие художники-активисты, так правильно говорят. Мы этого не хотели. Мы не можем создавать протестное искусство, находясь вне зоны риска. Поэтому мы пытались найти позицию, где мы не будем заранее очень правильными. Из этого и родилась форма спектакля, который вы видели. И все наши истории и воспоминания – они вдруг, каким-то образом стали общими со зрителем.

Если вы говорите, что делаете «современный театр», то я хочу спросить, что это такое в вашем понимании?

Нина Хижна: Я думаю, что «современный театр» – это понятие довольно эклектичное, особенно если говорить о современном театре в Украине. На сегодняшний день это череда актуальных постановок, которые рефлексируют на тему «сьогодення». Мне кажется, что в эпоху «быстрого времени» и клипового мышления современный театр вынужден мыслить так же. Мы понимаем, что создаём проекты, которые должны очень быстро реагировать на действительность. Сложно сегодня создавать нечто фундаментальное и великое (позволю себе такое слово), так как время сейчас, действительно, очень быстрое.

Оксана Черкашина: Сложный вопрос и, наверное, не хотелось бы, чтобы это выглядело так, будто бы мы с Ниной пытаемся создать некий манифест или теорию современного театра. Я просто хочу сказать, что, судя по нашим последним проектам, это попытка создавать театр, который будет актуален для сегодняшнего человека, для его восприятия мира, восприятия себя в этом мире. И который будет актуален для той реальности, в которой находится Украина на данный момент. Я бы так подытожила, что наши проекты, в том числе, «Ресторан Украина», – это попытка докопаться до того, что же значит сегодня «реальность Украины», и существует ли эта реальность помимо медийного пространства, пространства пропаганды, пространства того, что нам предлагает наша власть. Я думаю, что современный театр находится сейчас где-то в этом отрезке.

Вы считаете, что современный украинский зритель готов воспринимать именно такой театр?

Нина Хижна: Я думаю, это зависит от того, какой язык мы избираем для коммуникации с ним. Я уверена, что всегда можно найти способ говорить со зрителем. Просто нужно искать верную форму, чтобы найти подход. Но я вижу, что зритель сейчас начинает включаться в процесс мышления вместе с артистами на сцене, рефлексируя вместе с нами, являясь соавтором и «сокреатором» происходящего.

Оксана Черкашина: Хотела здесь добавить: я действительно считаю, что человек сейчас готов к современному театру, и мне совершенно не нравится позиция, когда зритель говорит, что ему ничего не понятно, что это для него слишком сложно. Мне кажется, что все работы, которые я наблюдаю в Украине, да и вообще в современном театральном процессе в Европе – их очень легко можно воспринимать, как-то для себя трактовать. Это лишь вопрос позиции, в которой человек находится по отношению к театру. То есть, современный зритель готов, но он зачастую относится с предубеждением не только к современному театру, но и к современному искусству вообще.

Так ли это – не берусь судить. Но то, что современный театр действительно готов вести диалог со зрителем на любую тему без табу и комплексов, я лично убедилась в этот вечер. Я шла смотреть перформансы о коррупции, ожидая некоего агитаторства и назидания. А вышла после спектаклей совсем с другими мыслями и эмоциями, за которыми и стоит идти на встречу с искусством, имхо.

© Катрин Брайт

Фото: Марина Сметана

Читайте также:

  • Взрослые игры Белое пространство постепенно заполняется людьми, которые занимают места в зрительном зале. Я сегодня пришла немного раньше и жду начала спектакля, размышляя о том, какая все-таки странная штука – театр. Для чего он нужен нам – тем, кто […]
  • Котовасия в пятницу, 13–го «Типичным в подобных случаях является то, что неопределённость, первоначально ограниченная атомным миром, преобразуется в макроскопическую неопределённость…», – Эрвин идет рядом со мной размеренным шагом. Сегодня, в пятницу, 13-го […]
  • ММП-2016. Как это было В минувшие выходные Premier Palace Hotel Kharkiv встречал самую масштабную конференцию весны – ММП 2016. «Маркетинг. Менеджмент. Продажи» уже который год подряд успешно собирает в одном зале бизнесменов, предпринимателей и новичков в […]

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *